Адвокаты по наркотикам

konsultant228.ru

Полное оправдание нашего доверителя при рассмотрении уголовного дела о сбыте наркотиков апелляционной коллегией Московского городского суда. Освобождение из-под стражи! Решение от 01.07.2021 года.

Переквалификация с покушения на сбыт на хранение наркотиков с ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.2 ст.228 УК РФ. Снижение наказания.

11 марта 2022 года

Фото: Артём Цесельский/konsultant228.ru

В 2017 году С. был признан виновным Никулинским районным судом города Москвы в покушении на сбыт изъятых наркотических средств по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ и ему назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

При обжаловании в апелляционном порядке приговор оставлен без изменения.

Московским городским судом было отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании кассационной инстанции.

Мы подключились к защите по данному уголовному делу на стадии кассационного обжалования в Верховный суд РФ.

Более года назад после изучения уголовного дела по поручению представителя С. нами было принято поручение на обжалование приговора в отношении С. в кассационном порядке в Верховный суд Российской Федерации.

По результатам изучения поданной нами кассационной жалобы Судья Верховного Суда Российской Федерации согласился с приведенными в ней доводами и передал ее для рассмотрения в судебном заседании кассационной инстанции Второго кассационного суда общей юрисдикции.

10 марта 2022 года Вторым кассационным судом общей юрисдикции по результатам рассмотрения поданной и составленной нами кассационной жалобы в судебном заседании было принято решение о переквалификации действий нашего подзащитного с покушения на сбыт наркотических средств в крупном размере на их хранение, то есть с ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ на ч.2 ст.228 УК РФ.

В действия нашего подзащитного признано смягчающее обстоятельство – активное способствование раскрытию и расследованию совершенного преступления (уже по ч.2 ст.228 УК РФ).

Итоговое наказание снижено с 10 лет до 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (режим отбывания наказания изменен со строгого на общий).

Обстоятельства дела:

В январе 2017 года, на основании решения суда, по месту жительства С. было проведено оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» в ходе проведения которого было обнаружено и изъято наркотическое средство МДМА в количестве 55 грамм, и наркотическое средство каннабис (марихуана) в количестве 138 грамм.

Здесь важно отметить, что изъятые наркотические средства находились общей массой каждое в своем свертке, то есть было изъято всего два свертка с разными наркотическими средства.

Таким образом одни и те же наркотики не были расфасованы в несколько свертков или пакетиков.

Кроме того, были изъяты электронные весы, на поверхности которых в дальнейшем были обнаружены следы наркотического средства, а также измельчитель со следами марихуаны.

Перед началом проведения осмотра квартиры С. сам сообщил сотрудникам полиции о наличии у него наркотических средств в квартире и показал их местонахождение. Пояснил что наркотические средства принадлежат ему.

В показаниях данных следствию, а в дальнейшем и суду сотрудники полиции утверждали, что они обладали оперативной информацией о причастности С. к сбыту наркотических средств, но не могли осуществить в отношении него «Проверочную закупку», в связи с чем было принято решение о проведении ОРМ «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» по месту его жительства.

В дальнейшем С. было предъявлено обвинение в покушении на сбыт изъятых наркотических средств в крупном размере. И осужден указанным выше приговором суда.

Фото: Артём Цесельский/konsultant228.ru

Обосновывая наличие у С. умысла на сбыт изъятых наркотических средств суд первой инстанции в приговоре указал:

«О наличии у С. умысла на сбыт, обнаруженных у него в квартире наркотических средств, свидетельствуют фактические обстоятельства дела, характер действий подсудимого, факт изъятия у него двух видов наркотических средств, их размер, электронных весов и измельчителя, на поверхности которых имелись наркотические средства, наличие у сотрудников полиции оперативной информации о причастности С. к распространению наркотических средств, в связи с чем проводилось оперативно-розыскное мероприятие «Обследование жилого помещения».

При этом суд обращает внимание на показания свидетеля, который показал, что решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Обследование жилого помещения» было принято в связи с отсутствие возможности «подхода» к С. и соответствующей закупки у него наркотических средств.

То обстоятельство, что С. является лицом, употребляющим наркотические средства и, согласно акту медицинского освидетельствования при задержании находился в состоянии опьянения, вызванного употреблением, не может являться бесспорным доказательством того, что изъятые у С. он хранил для личного употребления».

 

Таким образом суд первой инстанции признавая наличие умысла на сбыт ссылается на:

  1. — Изъятие двух видов наркотических средств и их массы (55 гр. МДМА и 138 гр. марихуаны);
  2. — Изъятие весов и измельчителя со следами наркотических средств;
  3. — Наличие оперативной информации о причастности С. к сбыту наркотиков.

Именно данные обстоятельства как свидетельствующие о наличии цели сбыта изъятых наркотических средств оспаривались в кассационной жалобе.

 

Доводы жалобы в части переквалификации с покушения на сбыт на хранение:

«В соответствии с п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», об умысле на сбыт указанных средств, веществ, растений могут свидетельствовать при наличии к тому оснований их приобретение, изготовление, переработка, хранение, перевозка лицом, самим их не употребляющим, количество (объем), размещение в удобной для передачи расфасовке, наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.

Таким образом по смыслу закона, обязательным условием для установления наличия умысла на сбыт конкретного наркотического средства или психотропного вещества, является наличие достоверных сведений (доказательств) о намерении лица именно сбыть их.

Считаю, что по настоящему делу в судебном заседании достоверных доказательств наличия у С. намерения сбыть данные запрещенные вещества, соответствующих стандарту доказывания «вне разумных сомнений» исследовано не было.

Обосновывая свой вывод о наличии у С. умысла на сбыт данных запрещенных веществ, суды первой и апелляционной инстанции в своих решениях в решающей степени ссылаются на якобы наличие у сотрудников полиции оперативной информации о причастности С. к сбыту наркотических средств, в связи с чем проводилось ОРМ «Обследование жилого помещения» (стр. 8 приговора).

Так, принимая в подтверждение виновности С. показаний свидетеля С.П., оперативного работника полиции, суд не учел, что он, давая показания о причастности С. к сбыту наркотических средств, очевидцем совершенных преступлений не являлся, а лишь выразил в своих показаниях мнение о результатах оперативных мероприятий, проводимых в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», ставшие ему известными в связи со служебной деятельностью, и дал свою оценку доказательствам, которые были получены на их основе.

Однако настоящим законом установлено, что результаты ОРД могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств.

Кроме того, согласно положениям ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ.

Следовательно все фактические данные, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий, могут быть преобразованы в доказательства только, если они были представлены субъекту доказывания с соблюдением процессуального порядка, дающего возможность проследить их происхождение.

Сами результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать 9 доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе соответствующих норм уголовно-процессуального закона, т.е. так, как это предписывается статьями 49 и 50 Конституции Российской Федерации.

Поэтому показания работника органа дознания о результатах оперативно-розыскных мероприятий, а также его оценка этих результатов не могут быть использованы для подтверждения выводов суда о виновности, поскольку не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, а потому являются недопустимыми.

С учетом изложенного из числа доказательств, принятых судом в подтверждение виновности осужденных, показания свидетеля С.П. о причастности С. к сбыту наркотических средств подлежат исключению.

По аналогичным основаниям не могут быть приняты во внимание и сведения изложенные сотрудниками полиции о причастности С. к сбыту наркотических средств, в оперативно-служебных документах. Так, как они являются лишь сведениями о результатах оперативных мероприятий, проводимых в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», ставшие известными в связи со служебной деятельностью, и получившими оценку оперативными сотрудниками, при этом не подтвержденными соответствующими доказательствами в соответствии с УПК РФ.

Каких-либо иных допустимых доказательств полученных в рамках проведения ОРМ, которые напрямую подтверждали бы выводы (домыслы) оперативных сотрудников о причастности С. к сбыту наркотиков, судом исследовано не было.

Судом достоверно установлено, что С. сам являлся потребителем наркотических средств.

Изъятые по месту его жительства весы и измельчитель со следами наркотических средств также не могут достоверно свидетельствовать о наличии цели их сбыта, так как данные предметы используются наркопотребителями в том, числе и для удобства употребления наркотиков. С. показал, что действительно он взвешивал на весах приобретенные им наркотики для определения общей массы приобретенного.

Кроме того, в судебном заседании были допрошены в качестве свидетелей А, К., Б., Л., С., С. согласно показаниям которых С. к сбыту наркотических средств причастен не был.

Однако, суд к показаниям указанных свидетелей отнесся критически, даже несмотря на то обстоятельство, что сторона обвинения не установила ни одного свидетеля, которому С. сбывал бы наркотические средства, или имел договоренность о таком сбыте.

Каких-либо иных доказательств что С. сбывал наркотические средства или готовился к такому сбыту стороной обвинения представлено не было.

По месту жительства С. не были обнаружены предметы для расфасовки наркотиков. Прослушивание его телефонных переговоров не проводилось.

Таким образом, считаю, что позиция С. о том, что изъятые у него наркотические средства он хранил исключительно для личного употребления, в судебном заседании допустимыми и достоверными доказательствами мотивировано не опровергнута.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

В соответствии с положениями ст.14 УПК РФ, обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

При таких обстоятельствах считаю, что вывод суда о наличии у С. умысла на сбыт изъятых наркотических средств не основан на исследованных судом доказательствах и действия С. подлежат переквалификации на ч.2 ст. 228 УК РФ».

Источник: Центральный районный суд города Симферополя

Судья Верховного суда Российской Федерации в постановлении о передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании кассационной инстанции Второго кассационного суда общей юрисдикции указал следующее:

«Обосновывая наличие у С. умысла на сбыт наркотических средств, суд в приговоре сослался на количество наркотического средства, обнаруженного у осужденного, наличие электронных весов и измельчителя, а также на показания свидетелей-оперативных сотрудников о наличии у них оперативной информации о причастности С. к распространению наркотических средств.

Между тем, по смыслу закона количество (объем) наркотических средств, само по себе, в отсутствие достаточной совокупности доказательств, не может свидетельствовать об умысле на сбыт указанных средств, в связи с чем уголовный закон (ст. 228 УК РФ) предусматривает уголовную ответственность, в том числе за незаконное приобретение, хранение наркотических средств в крупном размере, без цели сбыта.

Тем более, как следует из материалов дела, С. является наркозависимым лицом и согласно установленным судом обстоятельствам, находился в состоянии наркотического опьянения.

Сам осужденный также не отрицал, что приобретал для личного потребления наркотические средства и обнаруженные у него наркотики в ходе обследования квартиры, где он проживал, также он приобрел для личного потребления.

Опровергая показания осужденного, суд сослался на наличие весов со следами наркотических средств и измельчителя.

Между тем, осужденный С. показал, что весы и измельчитель он приобрел, начав заниматься спортом. Взвешивал крупы, добавки. После тренировок разгружался тем, что употреблял марихуану, используя курительную трубку. Чтобы не перегружать организм все биодобавки и наркотики он взвешивал на весах.

Допрошенные в судебном заседании свидетели А., К., Б., Л. подтвердили, что действительно С. употреблял наркотические средства, измельчал марихуану и заправлял в курительную трубку, которую использовал для употребления марихуаны. При этом свидетели показали, что весы и измельчитель С. приобрел давно, когда начал заниматься спортом. С. разрабатывал систему спортивного питания не только для себя, но и для начинающих спортсменов, которые обращались к нему, в связи с чем, взвешивал все препараты для приготовления спортивных коктейлей.

Что же касается ссылки суда на наличие на поверхности весов остатков наркотических средств, то осужденный не отрицал данный факт, пояснив, что действительно он взвешивал на весах приобретенные им наркотики для определения общей массы приобретенного.

Эти обстоятельства, а именно, когда и с какой целью С. были приобретены весы и измельчитель, не исследовались в судебном заседании, и судом им не была дана оценка.

Не принял во внимание суд и тот факт, что выданные осужденным оперативным сотрудникам наркотические средства не были расфасованы.

Кроме того, суд в обоснование своего вывода о наличии у осужденного умысла на сбыт изъятого у него наркотического средства сослался на показания сотрудников наркоконтроля – С.П., Т., Ш. о том, что оперативно-розыскное мероприятие-обследование жилого помещения в отношении С. было проведено в связи с наличием у них оперативной информации о распространении С. наркотических средств.

Вместе с тем, признавая эти показания достоверным и допустимым доказательством, суд не выяснил источник получения данной информации, а также не исследовал какие-либо документы, свидетельствующие о наличии такой информации.

Более того, суд не дал оценки противоречиям в показаниях указанных свидетелей, которые указали на разные основания для проведения оперативно-розыскного мероприятия в отношении Самарина.

Так свидетель Ш. показал, что информация поступила о лице, хранившем наркотические средства, свидетель С.П. о распространителе наркотических средств, а свидетель Т. вообще не указал, какого рода информация поступила и явилась основанием для проведения ОРМ, тогда как рапорт об ОРМ составлен был именно Т.

Кроме того, отсутствуют в материалах дела и данные о том, что у С. имелись связи с поставщиками и потребителями наркотических средств, не были установлены и лица, которым осужденный намеревался сбыть наркотики.

По смыслу закона все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу.

При таких данных нахожу, что изложенные в кассационной жалобе доводы адвоката в интересах осужденного С. заслуживают внимания и подлежат рассмотрению в судебном заседании Второго кассационного суда общей юрисдикции.».

Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции содержит аналогичную мотивировку.

Важно: Имейте в виду что каждое уголовное дело имеет свои особенности, и каждая жалоба должна быть составлена с учетом данных особенностей. Не пишите жалобы под копирку!

Обратитесь за помощью к профессионалам, которые изучат дело, составят и подадут соответствующую апелляционную, кассационную или надзорную жалобу.

переквалификация
переквалификация

Не хотите читать? Смотрите видео:

Артем Цесельский

Артем Цесельский

Юрист, правозащитник. Основатель и руководитель компании "Консультант по ст.228 УК РФ".
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru